
Ежедневно Генеральный штаб Вооружённых Сил Украины публикует сводки об ориентировочных потерях российских оккупационных войск. По состоянию на утро 27 июля 2026 года общие потери личного состава противника превысили 1 440 580 человек, а количество уничтоженных танков уже достигло 12 225 единиц. Эти цифры — не просто сухая статистика, а зеркало изнурительной войны на истощение, где каждые сутки приносят новые подтверждения масштабов российских неудач.
Данные Генштаба охватывают как безвозвратные, так и санитарные потери, формируя наиболее полную картину среди открытых источников. Они регулярно согласуются с оценками западных аналитических центров, хотя и превышают визуально подтверждённые подсчёты независимых проектов. Именно эти ежедневные отчёты стали главным инструментом понимания реальной цены российской агрессии для общества Украины и мира.
За четыре с половиной года полномасштабного вторжения российская армия потеряла технику на сумму, которую эксперты оценивают в десятки миллиардов долларов, а человеческий ресурс — в масштабах, невиданных для любой современной армии после Второй мировой.
Как формируются данные Генштаба о потерях противника
Каждая сводка Генерального штаба основана на нескольких слоях информации. Первый — оперативные донесения из подразделений на линии соприкосновения. Второй — данные радиоэлектронной разведки, спутниковых снимков и беспилотных систем. Третий — подтверждения от партнёров и открытых источников. Офицеры штаба отдельно учитывают безвозвратные потери (погибшие) и санитарные (раненые, выбывшие из строя на длительный срок).
Этот подход объясняет, почему цифры Генштаба всегда выше подсчётов проекта Oryx, который фиксирует лишь визуально подтверждённые случаи уничтожения техники. Разница естественна: далеко не каждый подбитый танк или БМП попадает в объектив дрона или спутника. Вместе с тем западные разведки и аналитические центры, в частности CSIS, в 2026 году оценивали совокупные российские потери (убитые, раненые, пропавшие без вести) в пределах 1,2 миллиона человек на конец 2025-го, что близко коррелирует с украинскими данными.
В нашей практике отслеживания сводок в течение последних месяцев мы заметили интересную закономерность: в периоды интенсивных штурмов на Покровском и Кураховском направлениях суточные потери личного состава стабильно держатся выше 1300–1500 человек. Это свидетельствует о том, что российское командование продолжает тактику «мясных» атак, несмотря на катастрофическое истощение.

Актуальные цифры по состоянию на 27 июля 2026 года
Вот полный перечень ориентировочных потерь противника с 24 февраля 2022 года по 27 июля 2026 года по официальным данным Генштаба ВСУ:
- личный состав — около 1 440 580 человек (+1 590 за сутки);
- танки — 12 225 (+8);
- боевые бронированные машины — 25 032 (+13);
- артиллерийские системы — 46 831 (+37);
- реактивные системы залпового огня — 1 969;
- средства противовоздушной обороны — 1 519 (+1);
- самолёты — 439;
- вертолёты — 354;
- наземные робототехнические комплексы — 2 038 (+7);
- БПЛА оперативно-тактического уровня — 429 555 (+1 269);
- крылатые ракеты — 4 950 (+6);
- корабли / катера — 34;
- подводные лодки — 2;
- автомобильная техника и автоцистерны — 126 302 (+491);
- специальная техника — 4 472 (+7).
Эти цифры впечатляют даже опытных военных аналитиков. Только за одни сутки 26–27 июля противник потерял почти полторы тысячи бойцов и свыше тысячи двухсот беспилотников. Такой темп истощения логистики и живой силы уже давно превысил возможности российской промышленности и мобилизационной системы.
Динамика потерь: от 2022 до 2026 года
В начале полномасштабного вторжения российское командование рассчитывало на «блицкриг». За первые три месяца 2022 года потери были большими, но ещё не критическими. Всё изменилось после контрнаступлений под Харьковом и Херсоном. Именно тогда Генштаб начал фиксировать стабильный рост суточных показателей.
2024–2025 годы стали периодом настоящей «мясорубки» на Донбассе. Россия бросала в бой штурмовые группы из заключённых, мобилизованных и даже северокорейских солдат. Результат — рекордные месячные потери. В марте 2026 года, по подсчётам украинских источников, российская армия потеряла свыше 35 тысяч человек за месяц — абсолютный рекорд войны.
По моему опыту сравнения ежедневных сводок в течение последнего года, самые болезненные для противника категории — это артиллерия и беспилотники. Украинские FPV-дроны и дальнобойная артиллерия системно уничтожают российские гаубицы, а массированные удары по тыловым складам вынуждают оккупантов подвозить боеприпасы ближе к фронту, где их легко обнаруживают разведчики.
| Категория | Потери на конец 2023 | Потери на 27.07.2026 | Прирост |
|---|---|---|---|
| Личный состав | около 370 000 | 1 440 580 | +1 070 580 |
| Танки | около 6 500 | 12 225 | +5 725 |
| Артиллерийские системы | около 12 000 | 46 831 | +34 831 |
| БПЛА | около 20 000 | 429 555 | +409 555 |
Данные таблицы составлены на основе официальных сводок Генштаба ВСУ и архивных материалов сайта index.minfin.com.ua. Они наглядно демонстрируют, как война на истощение превращает российскую армию в тень былой мощи.

Что означают эти потери для российской армии
Когда количество уничтоженных танков превышает 12 тысяч, а боевых бронированных машин — 25 тысяч, это уже не просто потери техники. Это разрушение целых танковых армий. Россия вынуждена снимать с хранения советские Т-62 и даже Т-55, модернизировать их на скорую руку и бросать в бой. Качество такого пополнения резко падает, а вместе с ним — и боеспособность подразделений.
Ещё хуже ситуация с артиллерией. 46 тысяч уничтоженных систем — это фактически всё советское артиллерийское наследие, которое Россия накапливала десятилетиями. Сейчас оккупанты всё больше полагаются на северокорейские гаубицы и иранские дроны-камикадзе, но даже эти поставки не покрывают темпы уничтожения.
Человеческий ресурс — самая болезненная точка. По оценкам западных разведок, Россия уже потеряла убитыми от 275 до 325 тысяч военнослужащих. Остальные — раненые, многие из которых больше никогда не вернутся в строй. Мобилизационная машина Кремля работает на пределе: в 2026 году впервые зафиксировано, что суточные потери стабильно превышают количество новобранцев.
Сравнение с независимыми источниками
Независимый проект Oryx, который фиксирует лишь фото- и видеоподтверждённые потери, показывает значительно более низкие цифры по технике. Это нормально: визуальное подтверждение охватывает далеко не все случаи. Вместе с тем британское Министерство обороны и американский CSIS неоднократно подтверждали, что украинские оценки личного состава близки к их внутренним расчётам.
В нашей практике мы сталкивались со случаями, когда российские пропагандистские каналы пытались дискредитировать сводки Генштаба, называя их «выдумками». Однако каждый новый месяц войны лишь усиливал разрыв между официальной российской риторикой и реальностью на поле боя. Когда в марте 2026 года месячные потери превысили 35 тысяч, даже отдельные российские военкоры начали осторожно говорить о «критическом истощении».
Практическое значение сводок для украинцев
Для обычного гражданина ежедневные цифры Генштаба — это не просто новость. Это подтверждение того, что Вооружённые Силы Украины методично, день за днём, разрушают военную машину агрессора. Каждый уничтоженный танк — это меньше угрозы для наших городов. Каждый сбитый дрон — это сохранённые жизни в тылу.
Аналитики советуют следить не только за абсолютными цифрами, но и за динамикой. Если суточные потери личного состава держатся выше 1400–1500 в течение недель, это сигнал, что российское командование продолжает штурмы «любой ценой». Именно в такие периоды украинская артиллерия и дроны работают с максимальной эффективностью.
Сводки Генштаба также помогают понимать, куда идут ресурсы союзников. Когда растёт количество уничтоженных средств ПВО, становится ясно, почему Украине критически нужны дополнительные системы Patriot и IRIS-T. Когда стремительно растут потери автотехники — почему так важны удары по логистике.
Война продолжается. Цифры продолжают расти. Но каждая новая сводка Генерального штаба — это ещё одно доказательство того, что российская армия платит непомерную цену за свои имперские амбиции. И эта цена уже давно вышла далеко за пределы того, что Москва могла себе позволить.



