Неля Погребицкая: история, ставшая испытанием для правосудия Украины

Неля Погребицкая — женщина из небольшого села Стави на Киевщине, чье имя навсегда связано с одним из самых громких дел о злоупотреблении властью в правоохранительных органах современной Украины. В ночь на 24 мая 2020 года ее вызвали в Кагарлыкский отдел полиции как свидетельницу по делу о мелкой краже в сельском магазине. То, что начиналось как формальная беседа, превратилось в десять часов жестоких пыток, избиений, удушения противогазом, ожогов зажигалкой, угроз пистолетом и группового изнасилования. Более пяти лет она вместе с адвокатами вела борьбу за правду, и в феврале 2026 года Верховный Суд Украины окончательно подтвердил приговор — по 11 лет лишения свободы для двух бывших полицейских.

Ее история выходит далеко за рамки личной трагедии. Это история матери, которая воспитывает дочь с церебральным параличом, женщины, которая работала на кассе в супермаркете и пыталась строить обычную жизнь, несмотря на предыдущие угрозы со стороны одного из правоохранителей. Это также история о том, как система, призванная защищать, способна ломать людей, и как настойчивость одного человека может заставить эту систему хоть немного измениться. Дело Кагарлыка стало символом необходимости глубокой реформы криминальной полиции, лучшей защиты потерпевших от сексуального насилия и ориентации правосудия прежде всего на нужды жертвы.

Этот случай показал, что даже в самых мрачных обстоятельствах правда может победить, когда жертва находит силы говорить, а общество — слышать. Приговор и компенсация морального вреда в размере более 1,2 миллиона гривен из бюджета Национальной полиции стали важным прецедентом. Они напоминают, что ответственность за действия отдельных сотрудников несет вся система и что жертва имеет право на возмещение, а не только на сочувствие.

Обычная жизнь в селе Стави до той ночи

В селе Стави Кагарлыкского района Киевской области Неля Погребицкая жила так, как многие молодые матери-одиночки в небольших населенных пунктах Украины. Работа на кассе в местном супермаркете АТБ давала скромный заработок. Большую часть времени занимала дочь Аня — в 2020 году ей было шесть лет, и она родилась с церебральным параличом. Постоянные поездки на массаж, процедуры, реабилитацию в Киев или другие города требовали и времени, и денег, и огромной внутренней силы.

Неля не раз вспоминала, что именно забота о ребенке держала ее на плаву. Она старалась создавать для дочери уют, возила ее на необходимые занятия, планировала простые радости — новое платье, возможно, деревянную беседку во дворе. В селе ее знали как тихую, трудолюбивую женщину. Однако уже к 2020 году в ее жизни появилась тревога: один из местных полицейских, по ее словам, угрожал и требовал близости. Она пыталась избегать его, но в маленьком городке полная изоляция была невозможна.

Соседи и знакомые в большинстве своем относились к ней с сочувствием, хотя в сельской общине всегда найдутся те, кто шепчется за спиной. Неля мечтала о простых вещах: нормальной работе, где не нужно постоянно оправдываться, возможности не оглядываться через плечо и чувствовать себя в безопасности. Эти мечты казались достижимыми, пока не прозвучал тот роковой вызов.

Ночь, которая разделила жизнь на «до» и «после»

23 мая 2020 года сосед передал Неле просьбу зайти в Кагарлыкский отдел полиции «поговорить» об ограблении сельского магазина, которое произошло накануне. Формально ее вызвали как свидетельницу, но сделали это неофициально — без повестки, без фиксации. Она пошла, потому что боялась игнорировать. В отделе ее провели в кабинет, где начался «допрос».

По ее собственным словам, один из полицейских сразу заявил, что она «была в том магазине», хотя на самом деле Неля лишь видела компанию, где появился мужчина с украденной бутылкой. Когда она не согласилась с версией, которую от нее требовали, начались пытки. Противогаз на голову, перекрывание доступа воздуха, избиения кулаками и ногами, ожоги зажигалкой на коже, угрозы пистолетом, затягивание ремня на животе, приковывание наручниками к батарее в коридоре. Один из мужчин изнасиловал ее. Другой участвовал или наблюдал. В отделе были другие люди — они слышали крики, но никто не вмешался.

Неля провела там около десяти часов — с вечера до утра. Когда ее отпустили, она едва шла. На следующий день обратилась в больницу. Врачи зафиксировали травмы и сообщили правоохранительным органам. Так началась официальная история дела, которое длилось более пяти лет.

Путь через систему: пять лет борьбы

Дело расследовало Государственное бюро расследований. Двух полицейских — 35-летнего начальника сектора криминальной полиции Николая Кузива и 29-летнего оперуполномоченного Сергея Сулиму — задержали. Им инкриминировали превышение власти с применением насилия, пытки и изнасилование группой лиц. Неля прошла десятки допросов, медицинских и психологических экспертиз. Каждая новая процедура возвращала ее в ту ночь, усиливая травму.

Судебный процесс в Обуховском районном суде Киевской области длился долго. В мае 2023 года суд признал обоих виновными по всем статьям и назначил по 11 лет лишения свободы. Гражданский иск Нели к Национальной полиции удовлетворили — ей присудили 1 миллион 296 тысяч гривен компенсации морального вреда. Обвиняемые подали апелляцию. Киевский апелляционный суд в ноябре 2024 года оставил приговор без изменений. Последнюю точку поставил Верховный Суд Украины 19 февраля 2026 года — кассационную жалобу отклонили, приговор вступил в законную силу.

Эта хронология демонстрирует, насколько сложным и изнурительным может быть путь потерпевшей через украинскую правоохранительную и судебную систему. Каждая инстанция требовала новых сил, новых доказательств, новых переживаний. В то же время дело стало важным для правозащитного сообщества — оно показало, что даже резонансные дела нуждаются в системной поддержке потерпевших, а не только в медийном внимании.

Системные проблемы, которые выявила дело

Кагарлыкский случай обнажил несколько глубоких проблем. Во-первых, практика неофициальных «приглашений» в отдел без надлежащего оформления — это создает пространство для злоупотреблений. Во-вторых, культура замалчивания внутри отдельных подразделений: люди слышали, что происходит, но молчали. В-третьих, недостаточная ориентация процесса на защиту потерпевшей — бесконечные экспертизы, агрессивные вопросы защиты в суде, отсутствие достаточной психологической поддержки.

После 2015 года в Украине провели реформу патрульной полиции, которая в целом улучшила видимость правоохранителей на улицах. Однако подразделения криминальной полиции в районах часто оставались вне внимания. Дело Кагарлыка стало одним из катализаторов обсуждения необходимости более глубоких изменений: обязательные боди-камеры, лучшая подготовка по правам человека, независимый надзор, четкие протоколы обращения со свидетелями и потерпевшими.

Особенно важной стала тема защиты жертв сексуального насилия. В Украине есть горячие линии, бесплатная правовая помощь через систему бесплатной правовой помощи, организации, специализирующиеся на гендерном насилии. Однако на практике многие женщины боятся обращаться — из-за страха мести, недоверия к системе или отсутствия информации. История Нели показала, что публичность иногда становится единственной защитой: «Если со мной что-то случится, все будут знать, кто виновен».

Личная стойкость и надежды на будущее

После той ночи Неля жила в постоянном страхе. Она боялась, что осужденные выйдут и отомстят ей или семье. Боялась людей в целом — «ужасаюсь, хожу среди людей». В то же время она решилась дать интервью, чтобы защитить себя публичностью и чтобы подобное не повторялось с другими. В разговорах она говорила о простых мечтах: пойти на нормальную работу, создать семью, не бояться, иметь возможность купить дочери нужные вещи и обустроить дом.

Дочь с церебральным параличом оставалась главным источником силы и ответственности. Неля продолжала возить ее на реабилитацию, заботиться о повседневных нуждах. Травма наложила отпечаток на всю жизнь, но она не сломалась. После окончательного приговора 2026 года появилась возможность хоть немного выдохнуть — осужденные проведут годы за решеткой, а компенсация может помочь улучшить условия жизни для ребенка.

Многие из тех, кто следил за делом, отмечают ее мужество. Не каждая женщина нашла бы силы годами ходить на суды, давать показания, выдерживать взгляды обвиняемых и их адвокатов. Неля это сделала. Ее пример показывает, что даже в самом уязвимом состоянии человек может стать двигателем изменений.

Что полезного может вынести каждый из этой истории

• Документируйте все немедленно. Если вы стали жертвой насилия или превышения власти, сразу обращайтесь к врачу, фиксируйте травмы, сохраняйте сообщения, имена свидетелей. Это становится основой для дальнейшего расследования.
• Ищите профессиональную поддержку. Бесплатная правовая помощь, психологи, специализирующиеся на травме, правозащитные организации — все это существует. Чем раньше вы обратитесь, тем больше шансов на качественное сопровождение.
• Публичность может защищать. В некоторых случаях, когда есть угроза мести, открытая позиция и поддержка СМИ становятся дополнительным щитом. Однако это решение должно быть взвешенным вместе с юристами.
• Система меняется медленно, но меняется. Каждое выигранное дело создает прецедент. Компенсация из бюджета полиции — это не просто деньги, а сигнал, что государство несет ответственность за действия своих сотрудников.

Неля Погребицкая не просила стать символом. Она просто хотела жить спокойно со своим ребенком. Но обстоятельства сделали ее историю важной для всей страны. Сегодня, когда приговор окончательный, можно сказать: правда победила. Однако настоящая победа — это когда подобные случаи перестанут происходить вообще. А для этого нужны не только суды, но и ежедневная работа над культурой правоохранительных органов, уважение к человеческому достоинству и готовность общества защищать самых уязвимых.

Ее история продолжает жить в каждом, кто слышал о ней и задумался: а что бы я сделал на ее месте? А что могу сделать я сейчас, чтобы система стала справедливее? Ответы на эти вопросы — это и есть продолжение той борьбы, которую Неля Погребицкая вела более пяти лет.