«Украина наша советская»: книга Петра Шелеста и её судьба в истории

Фраза «Украина наша советская» стала не просто названием книги, а символом напряжённой борьбы между украинской самобытностью и советским централизмом в 1970-е годы. Пётр Шелест, первый секретарь ЦК Компартии Украины, выпустил это произведение в 1970 году как гимн достижениям УССР, но именно оно стало причиной его политического падения. Книга, изданная тиражом в сто тысяч экземпляров, подчёркивала гордость за прошлое и настоящее республики, акцентировала внимание на казацком наследии и исторической уникальности — в глазах Москвы это звучало как опасный «национализм».

За кулисами стоит целая эпоха: от послевоенной оттепели до брежневской стагнации. Шелест пытался сочетать лояльность к СССР с защитой украинских интересов — от украинизации культуры до экономической автономии. Его произведение отразило противоречия советской Украины: промышленные гиганты и тени Голодомора, культурный расцвет и репрессии против диссидентов. Сегодня эта история помогает понять, почему советское наследие до сих пор вызывает споры в независимом государстве.

Книга — не просто пропаганда, это зеркало, в котором отразилась драма целой республики, пытавшейся сохранить своё лицо под давлением центра. Изъятие книги из библиотек и частичное уничтожение тиража лишь подчеркнули, насколько чувствительной оставалась тема украинской идентичности даже в советские времена.

Пётр Шелест: от сельского мальчика до «директора Украины»

Пётр Ефимович Шелест родился 14 февраля 1908 года в селе Андриевка на Харьковщине в многодетной крестьянской семье. Отец — участник русско-турецкой войны, награждённый Георгиевскими крестами, — рано оставил сына на самостоятельное попечение. Мальчик пас коров, работал батраком, почтальоном, грузчиком на железной дороге. Гражданская война, голод, комсомол — всё это сформировало характер человека, который позже возглавил Украину в составе СССР.

В 1928 году Шелест вступил в партию, учился в партийных школах и Харьковском инженерно-экономическом институте. Работал на заводах Мариуполя и Харькова, служил в Красной армии. Во время войны руководил эвакуацией предприятий, был партийным организатором авиационных заводов в Саратове. После 1945 года — директор авиационных предприятий в Ленинграде и Киеве. В 1954 году началась партийная карьера: второй, а затем первый секретарь Киевского обкома. В июле 1963 года он стал первым секретарём ЦК КПУ — фактически «директором» Украинской ССР.

Шелест был типичным советским функционером, но с особым акцентом на украинские корни. Он вспоминал, что прадед был сотником Запорожской Сечи. Несмотря на годы работы в России, где русский язык стал основным, на посту в Киеве он начал говорить по-украински. Это был сигнал для номенклатуры: уважать язык и культуру республики. Его правление совпало с периодом, когда после хрущёвской оттепели Москва начала закручивать гайки, а в Украине возникло движение шестидесятников.

Эпоха Шелеста: ограниченная украинизация на фоне стагнации

Шелест пришёл к власти в то время, когда СССР уже ощущал первые трещины. Он активно лоббировал экономические интересы Украины перед центром: подчёркивал, что республика даёт значительную долю угля, металла, машиностроения. В книге он приводил цифры: железнодорожный транспорт Украины превышал грузооборот Англии, Франции, ФРГ, Италии и Японии вместе взятых. Это были реальные достижения индустриализации, но и своя цена — истощение ресурсов и экологические проблемы Донбасса и Приднепровья.

Культурная политика Шелеста стала настоящим глотком свежего воздуха. Он инициировал создание 26-томной «Истории городов и сёл Украинской ССР» — уникального издания для всего Союза. В 1969 году открыл Государственный музей народной архитектуры и быта в Пирогове под Киевом. Юбилеи Шевченко, Котляревского, Леси Украинки праздновали с размахом: десятки тысяч людей в Каневе, новые издания «Кобзаря», фильм «Сон». Появились украинские названия ресторанов, этнографические элементы в быту, даже в Севастополе появились вывески на украинском.

Однако параллельно шли репрессии. В 1965 и 1972 годах — волны арестов диссидентов: Иван Светличный, Вячеслав Черновил, Василий Стус. Шелест критиковал книгу Ивана Дзюбы «Интернационализм или русификация?», но разрешил её распространение в партийных кругах для обсуждения. Он поддержал ввод войск в Чехословакию в 1968 году, выступал против возвращения крымских татар. Эта двойственность — поддержка культуры и подавление инакомыслия — делает его фигуру противоречивой до сих пор.

«Украина наша советская»: рождение и содержание книги

Книга увидела свет в 1970 году в издательстве Политиздат Украины. Тираж — 100 тысяч экземпляров. Формально автором был Шелест, но готовили её коллективно: историки, журналисты, учёные под руководством Ивана Назаренко. Структура простая: первая часть — история Украины от древности до советских времён, вторая — описание каждой области с акцентом на экономические и культурные достижения.

Шелест писал о самобытности украинского народа, важности изучения его истории. Особенно тёплые страницы посвящены казачеству и Запорожской Сечи — как защитникам границ от орд и турок. Осторожно упоминал Голодомор 1933 года, хотя и в советском духе. Книга подчёркивала единение с русским народом как единственный путь развития, но акцент на украинской гордости и достижениях УССР делал её «крамольной».

Название «Украина наша советская» (в звательном падеже) звучало как призыв. Обложка, по некоторым свидетельствам КГБ, напоминала националистические цвета. Сокращение УНР невольно ассоциировалось с Украинской Народной Республикой. Это не было случайностью: Шелест действительно пытался показать Украину не как провинцию, а как равноправную часть Союза с собственным лицом.

Политическая буря: критика, изъятие и отстранение

В мае 1972 года Шелеста сняли с должности и перевели в Москву заместителем председателя Совета Министров СССР. Формальная причина — «состояние здоровья», реальная — накопившиеся претензии Москвы. Леонид Брежнев и Михаил Суслов критиковали его за «националистические уклоны». В апреле 1973 года Политбюро ЦК КПУ приняло постановление: книга «Украина наша советская» содержит методологические и идейные ошибки, идеализирует прошлое, недостаточно освещает интернационализм и роль Октябрьской революции.

Тираж изъяли из продажи и библиотек, часть приказали уничтожить. Книгу признали вредной для воспитания в духе советского патриотизма. Шелеста вывели из Политбюро ЦК КПСС. Он работал ещё на авиационном заводе под Москвой, писал мемуары «…Да не судимы будете», но в Украину возвращаться не разрешали. Умер в Москве 22 января 1996 года, завещал похоронить прах в Киеве на Байковом кладбище.

Его преемник Владимир Щербицкий вернулся к более жёсткому курсу: усиление русификации, борьба с «национализмом». Эпоха Шелеста осталась коротким окном, когда украинская идентичность могла дышать свободнее.

Противоречия советской Украины сквозь призму книги

Книга Шелеста отражала реальные достижения: мощная промышленность, образование, наука. Украина была «союзной кузницей» — металл, уголь, машины, космические разработки. В то же время за фасадом — стагнация, дефицит, экологические катастрофы. Культура процветала: театры, кино, фольклорные ансамбли, но под строгим партийным контролем.

Шелест подчёркивал единство с Россией, но его акцент на украинской истории вызывал подозрения. Сегодня историки видят в этом ранний национал-коммунизм — попытку сочетать советскую идеологию с национальной гордостью. Книга стала одним из последних проявлений такой позиции перед полным доминированием центра.

Данные таблицы основаны на исторических источниках, в частности биографических исследованиях и партийных документах.

Наследие «Украины нашей советской» в современной Украине

Сегодня книга Шелеста — редкий букинистический раритет. Она напоминает, что даже в советской системе находились люди, которые пытались отстаивать интересы своей республики. Его мемуары и дневники дают представление о внутренних конфликтах в Политбюро. Для одних Шелест — национал-коммунист и патриот, для других — часть системы, которая репрессировала диссидентов.

В независимой Украине его имя то появлялось на картах (улица в Киеве, переименованная в рамках декоммунизации), то становилось предметом дискуссий. Книга показывает, как советская Украина балансировала между гордостью за промышленные достижения и болью исторических травм. Она помогает понять, почему для части людей советский период ассоциируется не только с тоталитаризмом, но и с ощущением общей силы и культурного подъёма.

В времена, когда Украина строит своё будущее, история «Украины нашей советской» учит: идентичность не исчезает даже под самым сильным давлением. Она может прятаться в строках книги, в названиях музеев или в воспоминаниях старшего поколения. И именно эта память делает нас сильнее — способными чтить прошлое, не повторяя его ошибок.